загрузка...

XII. Школа. Женский вопрос


— Куда вы там забились, дедушка? Идите к нам.
Звонкий голосок принадлежал Дарье Степановне, которая вместе с другой подругой отправилась меня разыскивать.
«Дедушка!» Это меня так окрестила моя хорошенькая спутница. Положим, что официально мне было уже более 80 лет и на этот почетный титул я имел все права, но ведь из этих 80 лет нужно было вычесть проведенные мной под землею 51 год. Я был тот же трид-цатилетний мужчина, что и в памятный для меня вечер моего усып-
Через полвека
643
ления. Мало того, мне казалось, что после такого продолжительного отдыха и при доброй заботливости управления странноприимного дома прихода Николы на Плотниках я даже несколько окреп и помолодел.
Во всяком случае, прошла моя нервность, так как теперь я был слишком чужд окружавшей меня действительности, чтобы волноваться. Я проспал мою старую Россию, которую любил и жизнью которой жил. Теперь я был только свидетелем чужой жизни, почти иностранцем. Тяжело было это ощущение, но избавиться от него не было возможности.
Мы прошли в вагон-гостиную. Там собралось разнообразное общество. Семь или восемь подруг Дарьи Степановны, старичок почтенной наружности, как оказалось, отставной профессор, приглашенный барышнями сопровождать их во время путешествия и давать нужные объяснения. Два молодых человека в вышитых шелками толстых шерстяных рубашках. Пожилая дама. Председатель земской управы одного из южных уездов. Черный, широкоплечий тифлисский армянин, несколько иностранцев.
Девушки окружали своего профессора и чему-то усердно смеялись. При моем входе раздалось то же восклицание «дедушка», и молодежь обступила меня.
Последовали взаимные представления. Двое молодых людей в рубашках показались мне студентами, окончившими свои научные занятия и присоединившимися к дамской экскурсии. Судя по нежным взглядам, изредка обмениваемым, и некоторой интимности отношений, молодые люди уже имели своих избранниц в группе девушек. Моя догадка скоро подтвердилась, так как я услышал слово «твой жених», сказанное одной из девушек по адресу другой.
Скоро появился чайный прибор с большим самоваром, достали дорожную провизию, пирожки и фрукты, мне отвели почетное место за столом рядом со стариком-профессором, и начался разговор, направленный на мое поучение и просвещение. Девушки наперебой старались рассказать, как устроено «у них». Я едва поспевал задавать вопросы.
Мой первый вопрос был, конечно, о том, из каких учебных заведений мои спутницы?
Все рассмеялись.
644
СЕРГЕЙ ФЕДОРОВИЧ ШАРАПОВ
— Успокойтесь, никаких учебных заведений у нас нет. Все эти ваши гимназии, институты и прочее давно упразднено.
— Как же у вас учатся?
— Первоначальное образование дается дома. Родители соединяются в кружки и приглашают к детям учителей по своему вкусу и выбору. Затем, кто желает учиться, ходит на приходские курсы. Видели наши аудитории? Там читают все предметы, которые нужны для среднего образования, и полный курс домоводства. Большинство девушек бедного класса тем и заканчивает.
— Ну а те, которые желают учиться дальше?
— Те выбирают себе интересующие их предметы и слушают или высшие курсы вместе со студентами, или ходят на специальные городские курсы.
— Значит, высшее образование вполне свободно? Дает ли же оно женщине какие-нибудь права?
— Права? Какие права? Мы совершенно полноправны...
— Например, стать врачом, адвокатом...
— Ах, вы вот про что! Да ведь эти профессии все вольные! Зачем же тут какие-нибудь права?
— Ну, в мое время это было не так-то легко.
— Знаем, знаем. У вас шла борьба о том, давать ли женщине диплом и допускать ли ее к тем занятиям, которые вы считали пригодными только для мужчин. Мы этот вопрос решили проще. Мы отменили все дипломы. Любой из нас, мужчина или женщина, может вполне свободно учить, лечить, защищать на суде. Разве же может невежда взяться за незнакомое ему дело? Возьмите хоть врачевание. Да кто же решится лечить, не зная медицины? Ведь за всякое шарлатанство установлена строжайшая ответственность! А если кто-нибудь лечит и лечит успешно, народ к нему идет и жалоб никто не заявляет, так с какой же стати власть будет вмешиваться?
— Ого! Это что-то совсем по-американски. Но, однако, вы же ввели большие стеснения в области печати, такие даже, каких не было и в мое время?
Профессор возразил:
— Печать не стеснена. Книга, брошюра бесцензурна и совершенно свободна. Газета — совсем другое дело. Газета есть общественная кафедра, есть формальная власть. На эту кафедру нельзя пускать первого встречного. Это общественная должность, а не частная
Через полвека
645
профессия. Вот почему здесь требуется такой же публичный экзамен, как и для других общественных специальных служб.
— Разве у вас общественные должности даются по экзамену?
— Все, где требуются специальные познания.
Чтобы получить место городского, земского или приходского врача, например, или адвоката, преподавателя, нужно выдержать экзамен, и притом очень строгий.
— Кто же экзаменует?
— Ученые, к которым обращается соответственное учреждение. Например, открывается место приходского врача. Вызываются желающие. Все более или менее заручились свидетельствами о слушании курсов у хороших профессоров. Но приходу этого мало. При-ходской совет приглашает трех-четырех знаменитых врачей, образует совещание, и это совещание экзаменует желающих. Вот на основании этих экзаменов и пишут договор.
— Как это сложно! У нас, раз получил человек диплом, его уже вновь не экзаменовали.
Все разом запротестовали:
— Сложно? А ваш порядок был лучше? У нас не может быть тех невежественных шарлатанов-врачей, какие бывали в ваши времена. Получил диплом — и бросил заниматься наукой.
— А много у вас женщин-врачей?
— Порядочно. Женские и детские болезни лечат преимущественно женщины, мужские - мужчины.
— Ну, а адвокаты?
Девушки переглянулись и рассмеялись.
— Есть женщины-адвокаты, и даже знаменитые... Только наши суды их недолюбливают.
— А чему вы рассмеялись, Дарья Степановна?
— Да вот видите ли, — ответил за нее старик-профессор, — в адвокаты идут преимущественно те дамы, которых уж очень Господь лицом обидел. Все наши дамы, юридические знаменитости, — на подбор рожи. Да и какая порядочная женщина пойдет на такую кляузную должность?
— Судя по всему, у вас, господа, женского вопроса как будто вовсе нет?
— Женского вопроса? — заметила смеясь хорошенькая блондинка, та самая, которой было сказано «твой жених». — Женский воп-
646
СЕРГЕЙ ФЕДОРОВИЧ ШАРАПОВ
рос у нас заключается в том, чтобы честно и умело отдать свою руку и сердце порядочному человеку, не ошибиться в выборе и его не обмануть. Вот как ставится у нас женский вопрос.
— Браво, Саша, браво! Выражено прекрасно, — заметил молодой человек, жених этой самой Саши.
— Неполно, сударыня, — отозвался профессор. — Если вы хотите дать настоящее представление, то добавьте уж кстати: быть хорошей матерью, дать своей Родине преданных, умных и здоровых граждан.
Я подумал:
«Рассказать бы это нашим интеллигентным барышням!» Мою мысль словно угадала миловидная брюнетка, смеявшаяся больше всех.
— Да, да! — сказала она. — А вот мы никак понять не можем вашей постановки женского вопроса. Перед отъездом я прослушала два чтения о женском движении в России во второй половине XIX века и вынесла очень странное впечатление. Объясните нам, пожалуйста, почему у вас образованные девушки с таким пренебрежением смотрели на брак и на роль жены и матери?
Я попытался объяснить, как умел, зарождение и ход у нас так называемого женского вопроса. Были ли мои доводы слабы, или публика слишком психологически чужда, но мои девицы так и остались при убеждении, что это была своего рода психическая болезнь, если не что-нибудь худшее. Поняли, впрочем, что в мое время семья была из рук вон плоха. Я спросил в свою очередь:
— А у вас живут счастливее?
— У нас семья поставлена недурно. При прочной общественности и не может быть иначе.
— Развод облегчен?
— Юридически — очень. Брак расторгает духовная власть по данным, добытым светским судом. Но разводы у нас — большая редкость. Разведенных супругов судит очень строго само общество. Их презирают. Конечно, не во всех случаях, например, когда один из членов семьи сойдет с ума или неизлечимо болен и т. д., делается снисхождение. Но вообще развод считается делом постыдным, и это так вошло в наши нравы, что составляет гарантию вполне достаточную.
Быстро заторможенный ход поезда и множество замелькавших по обеим сторонам окон огней указали на приближение большой станции. Это была Тула. 186 верст расстояния мы сделали в полтора
Через полвека
647
часа с маленькими минутами. Здесь мне предстояла пересадка, так как мой путь лежал не к Каспию, а к Черному морю, на Севастополь. Я мог бы ехать прямо из Москвы таким же, как наш, скорым Черноморским поездом, но я хотел проводить Дарью Степановну и потому должен был в Туле пересаживаться и ждать два с половиной часа.
Поезд простоял всего пять минут. Самым сердечным образом простилась со мной моя дорожная компания, я пожелал милым девушкам всяких успехов. Через минуту вдоль платформы пронесся ряд окриков «готово!» — и поезд без всяких звонков и свистков плавно покатился, исчезая в густом тумане, а я прошел на вокзал и, бросив беглый взгляд на огромную, ярко освещенную стену, остановился, словно вкопанный, как был, с мелким багажом на руках.
<< | >>
Источник: Шарапов С.Ф. ЧЕРЕЗ ПОЛВЕКА. Фантастический политико-социальный романЧасть первая. 2010

Еще по теме XII. Школа. Женский вопрос:

  1. § 6. Взаимоотношение классов мужского и женского рода и грамматическая выразительность категории женского рода
  2. Глава XII. Судебная практика по вопросам свободного перемещения капиталов и оказания услуг в ЕС
  3. 27. Неокантианство: физиологическое неокантианство, Магбургская школа, Баденская школа.
  4. 8. Философия в системе античной культуры. Космоцентризм античной философии. Милетская школа. Эфесская школа.
  5. ЖЕНСКИЕ МОНАСТЫРИ В РОССИИ
  6. ЖЕНСКИЕ МОНАСТЫРИ НА РУСИ В XI-XVII ВЕКАХ
  7. I. Суффиксы, обозначающие лиц женского пола
  8. Предупреждение женской преступности.
  9. ЖЕНСКИЕ МОНАСТЫРИ В XVIII - НАЧАЛЕ XX ВЕКА
  10. § 24. Словообразовательные типы в системе мягкого женского склонения на -а (-я)
  11. § 25. Богатство и разнообразие типов словообразования в системе твердого женского склонения на -а
  12. Основные феминистские ПОДХОДЫ к проблеме женской природы