загрузка...

5.5. Проблема “сознание — материя” : прорыв в неизвестное

На понимании феномена современного человека достаточно сильный отпечаток накладывает и происходящий прорыв в неизвестное в сфере культуры. Уже исчерпала свой потенциал смыслов культура, возникшая еще в Афинах, Иерусалиме и Риме. Приходит конец цивилизации, порожденной этой культурой, о чем свидетельствует глобальный кризис, охвативший все человечество. Согласно В. Налимову, новые смыслы не могут дать ни религия (ибо все официальные конфессии погружены в далекое прошлое и не считаются с радикальным изменением самого человека), ни философия (так как экзистенциализм и философская герменевтика достигли своего завершения, оскудел позитивизм и потерпел трагический крах марксистский материализм) [57]. Очевидно, философия и религия найдут точки соприкосновения, что позволит обнаружить новые смыслы. Не следует забывать, что одним из регулирующих принципов физики (как и любой науки, не говоря уж об искусстве и пр.) является требование смысла. Сейчас происходит сопряжение смысла человеческой жизни и смысла существования Вселенной (мироздания), выдвигая на первый план в физике (и космологии) проблему “сознание — материя”. Это может произойти и в биологии, если кто-нибудь из биологов признает эволюцию живого творческим процессом. В психологии уже сформировалось мировоззренческое на-. правление, известное как трансперсональное движение.

Философская проблема сознание — материя в наше время сталкивается непосредственно с физическим экспериментом. Именно теперь в западной культуре наметился немыслимый ранее прорыв в неизвестное, что требует оценки. Действительно, обратимся к эксперименту с маятником, включенным в компьютерную систему, которая его калибрует и регистрирует весь экспериментальный процесс. Принимающая участие в этом эксперименте Ж. Дрогалина, сотрудница В. Налимова, так описывает его ход. Маятник является достаточно сложным устройством, включенным в компьютерную систему, которая осуществляет его калибровку перед началом каждого эксперимента и ведет регистрацию всего эксперимента. Это прозрачный шар на оси, меняющий свою окраску в зависимости от воздействия: при убыстрении он желтеет и краснеет, при замедлении — зеленеет и синеет, что весьма красиво и увлекательно, оператор своими ментальными действиями влияет на скорость движения маятника -при чтении вслух и про себя любимых стихотворений или отрывков из Евангелия маятник меняет свой цвет. Наблюдалась его реакция в случае нахождения оператора в состоянии углубленной сосредоточенности на смыслах, когда сам

маятник как бы отодвигается в сознании на задний план. “И я услышала звонок, открыла глаза, увидала что-то перед собой, задержалась на этом что-то, не осознавая, потом поняла, что это маятник, - делится впечатлениями Ж. Дрогалина. — Он раскачивался пурпурно-прозрачный и казался мне странно живым и созвучным. Он подхватил мое состояние (мой текст) и послал свой цвет. Мы взаимодействовали. “Переливы чешуи далече озарили уступы круч, точно голос нечеловеческий, превращенный из звука в луч”. Я читала маятнику поэму Н. Гумилева “Дракон” два дня назад и вот теперь это превращение видела проявленным, достижимым” [58].

Гипотетическое объяснение наблюдаемого явления заключается в следующем. В сознании человека существует семантический аналог физического маятника, неким образом (типа гипнотической связи) связанный с механическим маятником. Изменение эмоций оператора при чтении текстов локально меняет метрику семантического поля, приводит к изменению длины маятника, и, следовательно, - периода колебаний. Затем в игру вступает резонанс. Все здесь основано на способности состояния сознания локально изменять метрику семантического пространства [59].

Данное объяснение (существует и другое, исходящее из квантовомеханической метафоры сознания) покоится на взаимоотношении сознания человека и квазисознания маятника (аналогично связи гипнотизера и гипнотизируемого). Речь в данном случае идет о вездесущности немеханистического сознания, что отражено в выдвинутой В. Налимовым и Ж. Дрогалиной модели бессознательного. Они исходят из того, что сознание человека “погружено” в “семантическую реальность”, не охватываемую естествознанием [60]. Следует считаться с тем, что бессознательное целостно, хотя его проявления многообразны и многосторонни. Конкретно, фактически это “подсознательное” 3. Фрейда, “коллективное бессознательное” К. Юнга, “потоки сознания” У. Джеймса, “космическое сознание” Р. Бекка, “интуиция” А. Бергсона, “трансцендентная феноменология” Э. Гуссерля, “категория вечных объектов” А. Уайтхеда, “третий мир” К. Попра, “субперсональность” Р. Ассаджоли, “саморазвивающийся дух” Гегеля, “мир идей” Платона. Все эти различные проявления бессознательного можно описать, введя представление о многомерности психологического (семантического) пространства. Это, разумеется, метафора, но при ее помощи различные аспекты бессознательного выступают как его проекции. Семантические поля (бессознательное) связаны не только с каждым человеком, но и сопричастны всему человечеству. В результате перед- нами возникает представление о реальности “семантической вселенной” [61].

У каждого человека, как установлено в ходе научных исследований, имеется собственное психологическое время. Гипноз, аутотренинг, медитация, специальные дыхательные упражнения, различного рода ритмические ритуальные процедуры, позволяющие достичь измененного состояния сознания, представляют собой и изменение собственного психического времени. Сновидения тоже в определенном смысле связаны с бессознательным: и психические заболевания приводят к иному восприятию времени. Семантическая вселенная (мир бессознательного) входит в сознание человека посредством образов (геометрических символов типа круг, треугольник, крест, равноконечные звезды). Эти символы присущи природным формам: листьям деревьев, цветам, формам беспозвоночных и т.д. Древним был известен эзотеризм геометрии, воплощенный в архитектуре храмов. Слова нашего языка имеют символический аспект, связанный с входом в бессознательное, и дискурсивный аспект, позволяющий строить логические конструкции, т.е. аспекты, выражающие дискретность и континуальность сознания. Семантическая вселенная не подчиняется обычным пространственно-временным отношениям, о чем свидетельствуют неупорядоченность сновидений, измененные состояния сознания (реинкарнационные воспоминания), а также “воспоминания утробной жизни”. Семантическая вселенная архетипична, т.е. инвариантна с процессом, происходящем в нашем времени.

Рассуждая таким образом о семантической вселенной, В. Налимов и Ж. Дрогалина дают свое представление о вероятностной модели бессознательного. Исходя из нее, они вводят аналогично понятию физического вакуума понятие семантический вакуум, под которым понимается непроявленное семантическое поле. Известно, что представление об изначальном и потенциально все содержащем ничто имеется как в восточной традиции, так и в западной философии (гностики, Экхарт, Беме, Шеллинг, Сартр, Хайдеггер, Юнг, Тиллих). В состоянии глубокой медитации происходит деперсонализация индивида, его слияние с целостностью мира.

Индивидуальность каждого человека в этой модели бессознательного описывается функцией распределения, построенной над общим всем людям “полем признаков”. Она может быть “иглоподобной”, “размытой” или “асимметричной” - в соответствии с типами людей. В случае отождествления “эго” с функцией равномерного распределения на всем поле признаков происходит потеря привязанностей, т.е. растворение в целостности мира. Это аналогично тому, что адепты мистицизма называют “сжиганием кармы”, исчезновением “эго”, достижением нирваны. Наиболее интересно в данной модели бессознательного то, что “семантические поля” слов выражают не парадигматический опыт нашей культуры, а “сознание” глубокого прошлого, не выраженного явно в нашей культуре, т.е. речь идет о древних символах, элементах мифов прошлого и |пр. Отсюда В. Налимов и Ж. Дрогалина пришли к гипотезе о том, что “сама культура содержит не только сознательное, но и бессознательное, оттесненное в ее “подполье” [62]. Однако именно то, что “оттеснено в подполье культуры”, и остается нераскрытым.

Оригинальный ответ на данный вопрос дается в исследованиях американского врача, чеха по происхождению, С. Грофа. Он исходит из концепции взаимосвязи “микрокосма” и “макрокосма” и на этом основании выстраивает модель психики человека. Под нее подводятся и эмпирические данные о клиническом применении ЛСД в психотерапевтических целях. Пациент, принимавший серию доз ЛСД, с каждым разом раскрывал все более глубокие уровни своей бессознательной памяти. В ходе действия ЛСД он испытывал галлюцинации, о которых тут же рассказывал врачу, и таким образом из глубин его бессознательного извлекалась скрытая информация.

Эта модель С. Грофа, построенная на основе информационной концепции и взаимосвязи человеческой психики со Вселенной, содержит следующие компоненты:

- Абстрактно-эстетический опыт - возникают оптические, слуховые и обонятельные иллюзии, а изменения в восприятии действительности приравниваются пациентами к восприятию живописи кубистов и абстракционистов.

- Психодинамический опыт, который имеет свой источник в индивидуальном бессознательном и относится к ключевым переживаниям прошлого, к эмоциональным проблемам и нерешенным конфликтам из разных периодов жизни пациентов.

- Перинатальный опыт, где центральная тема - непосредственное переживание собственного рождения и сопровождающих его ощущений боли и наслаждения. Этот опыт богат видениями метафизического характера и чисто философской рефлексии о непрочности жизни.

- Трансперсональный опыт, охватывающий чувство “выхода” сознания за рамки обычных пространственно-временных ограничений. Он может относиться к ранним фазам жизни плода, зародыша и задолго до возникновения зародыша [63].

Трансперсональный опыт дает человеку возможность пережить ощущение выхода за пределы своего “Я”, за пределы пространства и времени, ощущение возврата в культурное и историческое прошлое человечества и мира. Трансперсональный опыт свидетельствует о том, что человек обладает способностью беспрепятственно путешествовать в любом времени, в любом мире, в микро- и макрокосмосе. В ходе этого поступает информация, которую невозможно получить даже в процессе специального образования.

Для объяснения удивительных черт трансперсонального опыта С. Гроф выдвигает концепцию о том, что человек есть единство материального тела (биомашины) и бесконечного поля сознания [64]. Речь идет о корпускулярно-волновой природе человека (чему посвящен у нас первый параграф первой главы). И хотя данные трансперсонального опыта пока невозможно объяснить с точки зрения современной науки, они представляют собой прорыв в неизвестное. Исследования в области трансперсональной психологии являются; основанием для холистического подхода к психике человека, которую уже нельзя редуцировать к “эго”, разуму и чувствам. Психика, стало быть, подобна пирамиде, причем доступна исследованию только вершина, а “основание” теряется в глубинах Космоса. Существующая до сих пор концепция разума человека как tabula rasa тем самым окончательно рушится. Открываются новые возможности понимания некоторых неясных аспектов психики, обычно зачисляемых наукой в разряд аберраций и патологий, таких, например, как стремление иных индивидов к достижению шизоидных и экстатически-визионерских состояний.

Прорыву в неизвестное способствует и развитие информационных исследований, связанных с кодированием информации. Известно, что с процессам! и явлениями самоорганизации природных полей связаны эффекты кодирования, точнее самокодирования информации. Это позволяет объяснить такие необычные феномены, как экстрасенсорика, телепатия, уфология и пр. Ведь мир представляет собой взаимосвязь массы, энергии и информации, динамичных в пространстве и времени. Миграция информации в природе происходит посредством многообразия полей - электромагнитных, гравитационных, биогравитационных и др.

Из теории Гюйгенса-Френеля и принципа суперпозиции полей следует, что поля характеризуются сферическои геометрической структурой организации их распространения. В применении к восприятию, обработке и отображению оптической информации зрительной системой человека, включающей в целом глаз и мозг, это значит, что сетчатка глаза контактирует с оптическим кодом, не похожим на обычную фотографию. Речь идет о голограммах: “Оказывается, что обычная световая природа так самоорганизована и обладает такими физическими свойствами, что предъявляет глазу наблюдателя информативное оптическое поле именно в виде Светового Кода, а не прямую фотографию” [65]. Данное представление выработано в области физики, психофизики зрения и информационной синергетики.

На протяжении длительного времени ученые и мыслители Востока и Запада считали, что любая точка мирового пространства содержит в себе информацию о всей Вселенной. На современном языке это значит, что Вселенная представляет собой огромную голограмму, тогда как каждая точка Вселенной по информативности соответствует этой голограмме. Данная информация закодирована в голографических интерференционных (или подобных им) микроструктурах. Последние появляются в результате самоорганизации и интерференционного самокодирования различного рода полей, в том числе и световых, электромагнитных полей. Естественно, что зрительная система живого организма использует световой голографический код, выступая в виде сложной оптической голографической антенны. Сам же “человек в целом и его мозг - это живое универсальное голографическое антенное устройство, которое резонирует и таким путем реагирует на реальное кодирующее физическое поле” [66]. Голографические коды информации — это микроструктуры вселенского кода, несущего разнообразную информацию. Мозг человека воспринимает вселенский код в виде наблюдаемых картин информации, причем принимает информацию, несомую различными полями. Отсюда можно понять эффекты телепатии, экстрасенсорики и пр., что в свою очередь способствует прорыву в область неизвестного и раскрытию одного из аспектов феномена современного человека.

<< | >>
Источник: Поликарпов B.C., Поликарпова В.А.. ФЕНОМЕН ЧЕЛОВЕКА - ВЧЕРА И ЗАВТРА. Ростов-на-Дону,1996. - 576 с.. 1996

Еще по теме 5.5. Проблема “сознание — материя” : прорыв в неизвестное:

  1. №27 Проблема сознания в истории философии. Сущность сознания. Структура и функции сознания. Активный и творческий характер сознания. Сознание и мозг. Психофизиологическая проблема. Язык и мышление. Функции языка. Методологическое значение философского учения о сознании и языке для теории и практики права.
  2. КОНФУЦИАНСТВО И ПРОБЛЕМА СОЗНАНИЯ
  3. (8-9. Сознание и проблема порождения)
  4. (25. Проблема проникновения сознания)
  5. (15. Сознание и проблема материальности) '
  6. 31. Сознание и самосознание. Проблема бессознательного.
  7. (39-44. Проблема исчерпания сознания)
  8. (21. Проблема сохранения н утраты сознания)
  9. ПРОБЛЕМА « РЕПРЕЗЕНТАЦИИ» И ПОСТРОЕНИЕ СОЗНАНИЯ
  10. Тема 2.2. ПРОБЛЕМА СОЗНАНИЯ
  11. Проблема сознания и деятельности в истории советской психологии
  12. Часть 2 Неоконфуцианство и проблема сознания
  13. Часть 1 Классическое конфуцианство и проблема сознания
  14. § 2. Дофилософские формы сознания.Проблема источников философии
  15. Прорыв кочевников в южные степи восточной Европы в IX веке.
  16. АМЕРИКАНСКАЯ ГАЗЕТА «НЬЮ-ЙОРК ГЕРАЛЬД ТРИБЮН» О ПРОРЫВЕ БЛОКАДЫ ЛЕНИНГРАДА
  17. 41. Индивидуальное и общественнрое сознание. Формы общественного сознания.
  18. 6. Что такое сознание человека? Как формируется челове­ческое сознание?
  19. Глава 1. Сознание и человеческая природа Что такое сознание?
  20. (10. Взаимоотношение Дао-Сознания и индивидуального сознания человека)